Берегите в себе человечность

Рассказ


Трудно сказать, что именно в его облике привлекло Алексея. Старотипный плащ, фасона 60-ых годов. Но заштопанный и перештопанный плащ был чистым. Брюки, такие же старые, но тщательно отутюженные. Ботинки начищены до зеркального блеска, хотя это не могло скрыть их возраста. Один ботинок был перевязан проволокой, видимо подошва на нем просто отвалилась. Из-под плаща была видна старая, почти ветхая, рубашка, но и она была чистой и наутюженной. Лицо пожилого мужчины было, пожалуй, обычным лицом старого человека, вот только во взгляде читалось что-то непреклонное и гордое.

Рассказ

Трудно сказать, что именно в его облике привлекло Алексея. Старотипный плащ, фасона 60-ых годов. Но заштопанный и перештопанный плащ был чистым. Брюки, такие же старые, но тщательно отутюженные. Ботинки начищены до зеркального блеска, хотя это не могло скрыть их возраста. Один ботинок был перевязан проволокой, видимо подошва на нем просто отвалилась. Из-под плаща была видна старая, почти ветхая, рубашка, но и она была чистой и наутюженной. Лицо пожилого мужчины было, пожалуй, обычным лицом старого человека, вот только во взгляде читалось что-то непреклонное и гордое.

Жизнь наша разная, стремительная, суетливая, наполненная заботами о хлебе насущном. Но даже в самые трудные времена человек не должен забывать о том, что такое порядочность, сострадание, способность к покаянию и прощению, милосердие, ответственность, стремление жить по совести, потому что человек во все времена должен оставаться человеком, не поддаваться губительному влиянию уродливой среды, не предавать светлых идеалов молодости, беречь в себе человечность.


***
Ранее утро… 8 марта. Будильник зазвенел, и даже не успев как следует начать свою песню, умолк под натиском пальца. Алексей почти в темноте оделся, тихо прикрыв входную дверь, направился к рынку. На улице светало. Погоду нельзя было назвать весенней. Ледяной ветер так и норовил забраться под куртку. Подняв воротник и спрятав в него как можно глубже голову, Алексей приближался к пока ещё пустующим торговым рядам. Он ещё за неделю до праздника решил — никаких роз, только весенние цветы! Праздник же весенний.
Перед входом на рынок стояла огромная корзина с мимозами. Молодой человек подошел поближе, рассмотрел цветы. Действительно красивы!
— А кто продавец? — спросил он, пряча руки в карманы. Только сейчас Алексей почувствовал, какой ледяной дует ветер.
— А ты, сынок, подожди, она отошла ненадолго, сейчас вернется, — сказала тетка, торговавшая по соседству солеными огурцами и прочей снедью.
Парень стал в сторонке, закурил и даже начал чуть улыбаться, когда представил, как обрадуются его женщины — дочка, жена и мама.
Вдруг он заметил старика, стоявшего напротив. Трудно сказать, что именно в его облике привлекло Алексея. Старотипный плащ, фасона 60-ых годов. Но заштопанный и перештопанный плащ был чистым. Брюки, такие же старые, но тщательно отутюженные. Ботинки начищены до зеркального блеска, хотя это не могло скрыть их возраста. Один ботинок был перевязан проволокой, видимо подошва на нем просто отвалилась. Из-под плаща была видна старая, почти ветхая, рубашка, но и она была чистой и наутюженной. Лицо пожилого мужчины было, пожалуй, обычным лицом старого человека, вот только во взгляде читалось что-то непреклонное и гордое.
Сегодня был праздник, и Алексей не просто понял, а скорее почувствовал, что дед не мог быть не бритым в такой день. На его лице было с десяток порезов, некоторые из них наскоро заклеены кусочками газеты. Старика трясло от холода, его руки были синего цвета. Ссутулившись, он стоял на ветру и ждал.
Какой-то нехороший комок подкатил к горлу молодого человека. Он уже начал замерзать, а продавщицы все не было. От нечего делать Алексей продолжал рассматривать старика. По многим мелочам он догадался, что дед не алкоголик, а просто измученный бедностью и старостью человек. И еще неизвестно отчего, но Лёша явно почувствовал, что дед стесняется теперешнего своего положения за чертой бедности.
К корзине, наконец, подошла продавщица. Старик робким шагом двинулся к ней.
— Хозяюшка, милая, а сколько стоит одна веточка мимозы? — дрожащими от холода губами спросил дед.
— Так, а ну вали отсюдава, алкаш! Попрошайничать надумал! Давай вали, а то… — закричала продавщица на деда.
— Хозяюшка, я не алкаш, да и не пью я вообще. Мне бы одну веточку. Сколько она стоит? — тихо отозвался покупатель.
Алексей стоял позади него, чуть в стороне, и ясно видел, как у деда в глазах стояли слезы.
— Ладно, для тебя, алкаш, — 5 рублей ветка, — с ехидной ухмылкой сказала продавщица.
Старик вытащил дрожащую руку из кармана, на его ладони лежало три бумажки по рублю.
— Хозяюшка, у меня есть три руб-ля, может найдешь для меня веточку на три рубля? — как-то очень тихо спросил он.
Алексей видел его глаза. До сих пор он никогда не видел столько тоски и боли в глазах мужчины. А старика трясло, как лист бумаги на ветру, то ли от холода, то ли от бессилия перед человеческой злобой.
— На три тебе найти, говоришь?! Га-га-га! Щас я тебе найду, — уже прогорлопанила продавщица. Она нагнулась к корзине, долго в ней ковырялась.
— На, держи! Беги к своей алкашке, дари! Га-га-га-га, — зло захохотала она.
В синей от холода руке деда молодой человек увидел ветку мимозы, которая была сломана посередине. Старик пытался второй рукой придать этой ветке божеский вид, но усилия были тщетны — цветы всё также смотрели в землю. На руку деда упала слеза… Он стоял, держал в руке поломанный цветок и плакал.
— Слышишь ты! Что ж ты делаешь? — Алексей подскочил к нахальной продавщице, пытаясь сохранить остатки спокойствия и не ударить её кулаком. Видимо, в его глазах было что-то такое, отчего продавщица побледнела и даже уменьшилась в росте. Она просто смотрела на молодого, сильного мужчину, как мышь на удава, и молчала.
— Дед, а ну подожди, — сказал Алексей, решительно взяв его за руку.
— Ты, курица тупая, сколько стоит твое ведро? Отвечай быстро и внятно, чтобы я не напрягал слух, — еле слышно, но очень понятно прочеканил Лёша.
— Э…. а…ну…я не знаю, — промямлила торговка.
— Я последний раз у тебя спрашиваю, сколько стоит ведро!?
— Наверное, 100 рублей, — пролепетала наконец она.
Все это время дед непонимающе смотрел то на молодого человека, то на продавщицу.
Алексей бросил под ноги оторопевшей торговке купюру, вытащил цветы и протянул их деду.
— На, отец, бери. Иди поздравляй свою жену, — просто сказал он.
Слезы, одна за другой, покатились по морщинистым щекам старика. Он мотал головой и плакал. Просто молча плакал. У Алексея у самого слезы стояли в глазах.
Дед мотал головой в знак отказа и второй рукой прикрывал свою поломанную ветку.
— Хорошо, отец, пошли вместе, — сказал парень и взял старика под руку.
Они шли молча, Алексей нес цветы, дед свою поломанную ветку. По дороге Алексей потянул его в гастроном. Там он купил торт и бутылку красного вина. И тут Лёша вспомнил, что не купил цветы своим любимым женщинам.
— Отец, послушай меня внимательно. У меня есть деньги, для меня не сыграют роль эти 100 рублей, а тебе с поломанной веткой идти к жене негоже. Сегодня же 8 Марта, бери цветы, вино и торт и иди к ней, поздравляй!
У деда хлынули слезы. Они текли по щекам и падали на плащ, губы дрожали. Больше смотреть на это Алексей не мог, буквально силой впихнул деду в руки цветы, торт и вино, развернулся и, вытирая глаза, сделал шаг к выходу.
— Мы…мы…45 лет вместе… Она заболела…. Я не мог ее оставить сегодня без подарка, — тихо сказал дед. — Спасибо тебе, сынок.
Алексей бежал, даже не понимая, куда бежит так быстро. Слезы сами текли из его глаз. В этот день он понял одно — всегда надо оставаться человеком и никогда не забывать об этом.


Татьяна Белова.

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.