Бездонная любовь

История из жизни


…Уходят люди глубоко в себя, отгораживаются от внешнего мира, и живут в своём маленьком пространстве, обустроенном по своему вкусу. К сожалению, этот вакуум убивает очень ценные качества — добросердечие, сочувствие, умение сопереживать и т.д. Я не хочу сказать, что жители городов становятся совсем бессердечными. Нет. Ради своих родных, близких, знакомых они готовы сделать многое, а вот те, кто не входит в этот «замкнутый круг», безразличны… их, вроде, как и нет. Ещё раз убедиться в этом помог случай…

История из жизни

...Уходят люди глубоко в себя, отгораживаются от внешнего мира, и живут в своём маленьком пространстве, обустроенном по своему вкусу. К сожалению, этот вакуум убивает очень ценные качества — добросердечие, сочувствие, умение сопереживать и т.д. Я не хочу сказать, что жители городов становятся совсем бессердечными. Нет. Ради своих родных, близких, знакомых они готовы сделать многое, а вот те, кто не входит в этот «замкнутый круг», безразличны… их, вроде, как и нет. Ещё раз убедиться в этом помог случай...

История из жизни


Будучи в большом городе и имея много свободного времени, иногда хочется бесцельно побродить по его улицам, понаблюдать за суматошной, очень быстрой жизнью. Кстати, вы когда-нибудь обращали внимание на то, что многие горожане разучились ходить? Они постоянно бегут куда-то, спешат, опаздывают… Наверное, именно поэтому и кажется, что жизнь в городе течёт намного быстрее, чем в небольшом посёлке. Может быть, из-за этого и уходят люди глубоко в себя, отгораживаются от внешнего мира, и живут в своём маленьком пространстве, обустроенном по своему вкусу. К сожалению, этот вакуум убивает очень ценные качества — добросердечие, сочувствие, умение сопереживать и т.д. Я не хочу сказать, что жители городов становятся совсем бессердечными. Нет. Ради своих родных, близких, знакомых они готовы сделать многое, а вот те, кто не входит в этот «замкнутый круг», безразличны… их, вроде, как и нет. Ещё раз убедиться в этом помог случай…


Это был обычный городской двор, правда, несколько больший, чем времён советских построек. Но, так же как и там, здесь не хватало места, чтобы уместить на стоянке все автомобили жильцов. Некоторые из них умудрялись припарковать свои машины даже на небольшой детской площадке. Хотя, конечно, парочку детских качель и песочницу трудно назвать площадкой. Кое-где разбросанные деревья напоминали о том, что когда-то в этом дворе планировалось создать «зелёную зону». Единственный неизменный атрибут всех похожих дворов — кусты сирени возле некоторых подъездов. В этот день разноцветье особенно благоухало, заставляя полной грудью вдыхать аромат. Приятно было задержаться, чтобы немножко посидеть на скамейке, отдохнуть от достаточно долгой прогулки. Но какой-то посторонний звук уводил от блаженного состояния. Оглядевшись вокруг, я ничего не заметила. Прислушалась. Со стороны подвала послышались всхлипывания. Заволновавшись, я поднялась со скамейки и подошла к ступенькам, ведущим вниз. Там, на самой последней из них, сидела девочка 10-12 лет и плакала, что-то прижимая к груди.


— Что случилось? — спросила я девочку, стараясь, чтобы голос не прозвучал неожиданно громко. — Тебя кто-то обидел?


И всё же она вздрогнула от неожиданности. Потом повернула ко мне своё заплаканное лицо и… ещё больше расплакалась. Я спустилась к ней, в надежде выяснить, что же всё-таки стряслось, может, ребёнку помощь нужна. Слёзы в два ручья бежали по щекам девчушки. Она их не вытирала, видимо, потому что руки были заняты.


— Случило-о-ось, — сквозь рыдания проговорила она. — Только не со мной… с ним.


У неё на руках лежал маленький котёнок. Весь такой грязный. Шерсть — с проплешинами, то ли от стычек с другими котами, то ли от болезней. Одно ухо наполовину откусано, вместо хвоста — обрубок. Следы глубоких укусов были по всему маленькому тельцу, да ещё и окровавленная лапа беспомощно свесилась с рук ребёнка. От такого зрелища и у меня самой ком к горлу подкатил, в глазах защипало.


— Кто ж его так? Собаки? — спросила я, доставая из сумки носовой платок, чтобы завернуть почти растерзанное животное.


— Угу, — отозвалась девочка, настороженно наблюдая за моими действиями.


— Почему люди такие жестокие? — Вдруг произнесла малышка и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Все жители нашего дома не любят котёнка. Когда этот малыш подбегает, в надежде получить что-нибудь съедобное или хотя бы немножко ласки, его бьют или отшвыривают ногами, бросают в него камни или бутылки, некоторые даже водой обливали из шланга. А он — глупыш — всё равно тянется к людям. Трётся о ноги, как бы просит прощения. Если увидит детей, бежит к ним, трётся головой о руки и громко мурлыкает, выпрашивая ласку. Вот так и живёт в нашем дворе…


Это мальчишки соседские натравили на него своих собак. Из окошка квартиры я услышала лай псов и беспомощное мяуканье малыша. Всё сильней и громче были команды «фас!». Я когда добежала до него, котёнок был ужасно искусан, и лапка, наверное, сломана. Я прижала его к себе. Кот коснулся головой ладони моей руки и… замурлыкал! Представляете! Даже испытывая такую страшную боль, кот просил об одном — о капельке любви, о сострадании!..


Он лежал на руках девчушки, свернувшись в клубок, дрожа от страха и боли. Было похоже, что его грустная жизнь подходила к концу. Он хрипел и задыхался, но пытался своим горячим сухим языком лизнуть руку девочки. Мы не смогли бы помочь ему, и обе это понимали…


Этот случай заставил задуматься о том, что такое истинная чистота духа, верная и беспредельная любовь. У котёнка было искалечено тело, а у многих из нас больна душа. Может, пришло время учиться любить верно и глубоко? Отдавать любовь ближнему своему без остатка…


Записала Людмила Кравцова, «ЛК».

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.