Выжила в аду, чтобы дети жили в счастье

Анну Фёдоровну Коваленко (Данилович) в Лоеве знают многие, ведь сорок лет своей жизни было отдано школе. Через сердце педагога прошла не одна сотня мальчишек и девчонок, которые до сих пор помнят её уроки, доброту и строгость, умение преподать хитрости математики в доступной форме, феноменальный талант понимать своих учеников. Но практически никто из этих ребят не знал о том, через какой ад прошла их учительница в далёком военном детстве.

Однажды в наш городок приехала немецкая делегация с целью оказания гуманитарной помощи. Гости, казалось, тихонько шли по коридору школы. Но так получилось, что шли они в ногу, и от этого шаги были чеканными. Этот звук ясно прослушивался в классах, где проходили уроки. Именно в тот момент Анне Фёдоровне вдруг стало плохо, помутнело в глазах. Впервые в жизни как-то непроизвольно сознание вернуло её в сороковые, когда фашисты коваными сапогами издавали похожие звуки. Страшные воспоминания подкосили сильную женщину.
Начало войны для нашей героини ассоциируется с днём, когда фашисты в конце деревни расстреляли её отца-инвалида, который помогал партизанам. Она помнит голосящих женщин, когда те провожали своих мужчин на войну, незнакомый говор солдат в тёмной солдатской форме, со свистом летящие над головой снаряды. Всё это на всю жизнь осталось в сердце и памяти. Нестерпимая боль маленьких ножек, истертых до мозолей и промерзших на лютом морозе сильно отдавались в сердечке, когда семья во время облавы пряталась в лесу возле родной деревеньки Колки Петриковского района. А потом была долгая и мучительная дорога в сопровождении страшных солдат жандармерии. Почему-то в глазах ребенка навсегда запечатлелись их кожаные ремни с яркими бляхами и начищенные до блеска сапоги. Жутко было видеть, как безжалостно фашисты расстреливали обессилевших стариков, как издевались над матерями, которые пытались прикрыть своих детей от ударов прикладов автоматов. До сих пор Анна Фёдоровна содрогается при воспоминании, как по дороге гитлеровцы остановились возле пожарища одной из белорусских деревень. Чтобы поиздеваться над измученными пленными, нелюди показывали им лужи блестящей на морозе массы. Кошмар заключался в том, что это был человеческий жир, который не застывает даже при самой низкой температуре! Долгий путь приостанавливали ночи, и в такие моменты уже не пугал даже ночлег среди могил на кладбище деревни Малков, и ненадолго успокаивал короткий сон в хлевах, где находился скот. Казалось, страшнее ничего не будет. Но…
Началась эпидемия тифа. Не понимали белорусы, куда и зачем их ведут, ведь сначала фашисты увозили только больных, потом стали забирать семьями, где кто-то слёг от коварной болезни.
Холодными мартовскими ночами 1944 года нацистские солдаты со всех сторон гнали нескончаемый поток женщин, детей и стариков в болотистый лес на территорию, густо обнесенную колючей проволокой, периметр которой круглосуточно под прицелом держала охрана. Под сводами морозного неба в разных концах раздавались голоса матерей и детей, потерявших друг друга в пути. Люди были похожи на необъятное стадо животных в загоне, ожидавших своего часа. Измученные и ослабленные жители даже не догадывались, что попали в лагерь смерти «Озаричи», который был создан вермахтом с целью остановить наступление советских войск. Мирное население использовалось как живой щит. У детей, которые не успели заразиться тифом, брали кровь для раненых немецких солдат. Куда ни повернешься, везде можно было видеть штабеля мертвых, сложенных по методу «голова-ноги». Узники прятались за трупы от пурги и мороза. Как смогли выжить в таких нечеловеческих условиях — необъяснимо. От страшного холода и голода хотелось спать. Многие заснули навсегда. Это был жуткий рассадник болезни: стариков, женщин и детей использовали как бактериологическое оружие, 50 тысяч человек были заражены тифом. Навсегда в памяти Анны Федоровны остались воспоминания о юном пареньке, застреленном в тот момент, когда он хватал хлеб из опилок и отрубей, и ужасная застывшая картина: распластанные, втоптанные в грязь и снег дети, по которым проезжают немецкие машины! Дикие крики до сих пор стоят в ушах.
Женщина уверена: там не смог бы выжить никто, но случилось чудо, которого измученные узники уже не ждали. Больно говорить об этом, и наша собеседница старается вспомнить приятные моменты детских впечатлений.
— Однажды, когда немцы стояли в деревне, они выгнали нас улицу, а сами расположились в избах. И в этот момент в небе появились два самолета: немецкий и русский, с красной звездочкой. На глазах у всех разыгрался воздушный бой. Подняв головы, мы с нескрываемым интересом наблюдали картину, как советский самолет зашел с хвоста, сделал петлеобразный разворот и в упор выпустил несколько пуль в двигатель фашистского «Мессера». Тот мгновенно загорелся и юзом полетел на землю. Мы с криком «Ура!» запрыгали от радости. Мама испугалась, закрыв мне рот, толкнула в калитку. За такое, естественно, нас могли и расстрелять, но в тот раз всё обошлось благополучно.
Так уж сложилась жизнь, но война больно расписалась в детских душах малолетних узников, и эта рана вечно будет кровоточить. Анна Фёдоровна признается, что многие ужасы тех дней не раскрывает в подробностях. Очень уж тяжело.
Но пережитое и выстраданное стало хорошей закалкой в будущем. Вместе со взрослыми дети и подростки восстанавливали мир на земле. А как хотелось учиться. Чтобы получить семилетнее образование, Анна каждую неделю пешком проходила 25 км до Озаричской школы. По выходным также спешила домой, чтобы мама не волновалась и не передавала продукты. За три года учебы девочка ни разу не подъехала, и хорошо знает любой бугорок и ямку на трассе Озаричи — Савичи — Староселье — Колки. Позже она закончила Мозырский учительский институт и Гродненский университет. Ее призвание — самая мирная профессия — учить детей. Всегда в любом деле женщину поддерживал муж, который стал для нее настоящей опорой, защитой, поддержкой. Ведь они выросли в одной деревне, выжили в аду «Озарич» и после войны соединили свои судьбы. «Как интересно было жить! — вздыхает Анна Фёдоровна. — Каждый день был наполнен яркими красками, восхищением, положительными эмоциями. Люди искренне радовались успехам соседей, улыбки по-настоящему озаряли все вокруг…». Прошло уже 20 лет, как муж оставил Анну Федоровну одну. Приезжают дети, бабушка следит за успехами внуков, радуют звонками трое правнуков. Бывшие выпускники не забывают поздравить любимого педагога с праздником, а коллеги спешат к ней как на огонек маяка, который до сих пор освещает путь. Подводит здоровье, но заряд деятельности, полученный в юные годы, не оставляет женщину. Она много читает, с радостью встречает гостей и с ностальгической грустью наблюдает, как пустеют дома на милой сердцу улице. Их маленький союз ветеранов-педагогов, формально созданный в ее доме, строит планы празднования 90-летнего юбилея Анны Данилович (Коваленко).
А она, окунувшись в свои внутренние переживания, вдруг произносит: «И все-таки, хороших людей в этом мире больше, надо просто их увидеть, заметить, улыбнуться и протянуть руку. Чувствуя свою значимость в судьбах других, мир заполняется яркими красками и особым смыслом…»
От имени всех учеников, прошедших через сердце учителя и математика, я говорю Анне Фёдоровне огромное спасибо за знания, опыт, любовь и веру. Здоровья Вам, оптимизма, любви и внимания, долгих лет жизни!
Наталья Апанасенко, «ЛК».

0

2 комментарий(-я, -ев) “Выжила в аду, чтобы дети жили в счастье

  1. здоровья,здоровья вам . Мы бывшие ваши ученики, выпускники 89 года,даже и не догадывались через какие ужасы вы прошли…..

  2. Здоровья и мирного неба Вам и близким. Германенко Ю.И.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.