Алла Смоляк, сенатор, байкер и просто неравнодушный человек, — об уникальной природе Гомеля и привидениях

«Нам всем нужно быть милосерднее»

Будущий председатель Гомельской областной организации Белорусского общества Красного Креста Алла Смоляк в город над Сожем приехала только в конце 1990-х, но сейчас называет его исключительно «мой Гомель». Вместе с Аллой Викторовной мы прогулялись по городу и узнали, чем прекрасен Гомель.

Места, которые вскружили голову
Помощник воспитателя в детском саду, продавец-кассир, товаровед — прежде чем найти свое настоящее призвание, Алла Смоляк перепробовала себя в разных ролях.

Родилась она в тогда еще городском поселке Березовка Лидского района Гродненской области — там, где находится знаменитый стеклозавод «Неман». В училище при заводе преподавала ее мама, на заводе какое-то время работала и сама Алла Викторовна.

— Моя мама — чрезвычайно активная женщина. Плюс к своей основной работе она была депутатом сельского, районного, областного Советов. Да и в семье у нас матриархат, — смеется Алла Смоляк. — И я выросла такой же: в школе командовала отрядом, в лагере речовку запевала, в техникуме была старостой, замстаросты — в вузе.

В детстве она мечтала стать врачом, но рано вышла замуж и стала мамой, и профессию нужно было выбирать практико-ориентированную. В торгово-экономический техникум учиться ездила в соседний Новогрудок. А вот университет потребкооперации оканчивала уже в Гомеле, куда отправилась вслед за мужем: на стеклозавод, где трудилась Алла Смоляк, он приехал по работе.

— Представьте: я провинциальная девчонка, почти нигде, кроме райцентра, не была и вдруг оказалась во втором по величине городе страны. Я не понимала, как расположены районы, где что находится, на какой автобус мне сесть, где выйти, на какой остановке дом — голова просто кружилась. Чтобы было понятно, насколько меня потрясали его объемы: однажды муж перевез меня за мост в Новобелицкий район и пошутил, что это уже Украина, а я в первый момент поверила! Город огромный, очень красивый, мне и по сей день кажется, что милее моего Гомеля нет. «Моего» — вот как я уже говорю!

Вместе с Аллой Смоляк мы проходим по улице Пролетарской и с шумной дороги сворачиваем в тенистую часть центрального парка. Шуршат опавшие толстым ковром яркие листья под ногами, а Алла Викторовна вспоминает:

— В то время много гуляла здесь и просто влюблялась в этот зеленый город. И сейчас я люблю его архитектуру, но местная природа — это что-то особенное. Обожаем с мужем и собакой гулять вокруг озер, кормить уток, смотреть, как ловят рыбу. Есть еще одно волшебное место: если перейти на краю Сельмаша через железнодорожные пути, попадаешь в агрогородок Мичуринская. Ровно подстриженная трава, милое озерцо и аккуратный Дом культуры — я там словно в каком-то фильме!
Вдохновлять личным примером
Подруга Аллы Смоляк была председателем Железнодорожной районной организации БОКК, и Алла Викторовна стала ей помогать:

— Я занималась волонтерством. Правда, только тогда мы такого слова не знали. Собирала взносы, раздавала гуманитарку, организовывала членство.

Активистку заметили быстро, и в 2000 году она возглавила Новобелицкую районную организацию, а через пару лет стала руководить всей областью:

— Это было непростое время. Когда журналисты приходили, мы вообще не знали, о чем говорить, потому что мало что делалось. Фактически все, чем занимался Красный Крест, это раздавал гуманитарную помощь. Когда-то в Гомельской области было 80 ставок сестер милосердия, а когда я пришла, их осталось две.

То, что стало происходить дальше, Алла Смоляк называет не иначе как революцией:

— Мы начали массово создавать первичные организации, началось обучение наших специалистов, наладили диалог с органами власти, чтобы они могли оказать помощь. Невозможно отделить власть от общества, а общество от власти. Власть для того и создана, чтобы помогать людям. А через общественную организацию это сделать проще.

Сегодня Гомельская областная организация Красного Креста — это сотни проектов, акций и мероприятий. Развитая служба сестер милосердия заботится о стариках, хронических больных, инвалидах, мамы-няни — о детках из интернатов, которые в больницы попадают. В кризисном центре находят приют и помощь те, кто оказался в сложной ситуации, но готов вернуться к нормальной жизни: от беженцев до потерявших работу и дом. И Алла Смоляк везде — она раздает теплые вещи лицам без определенного места жительства, кормит застрявших на границе хасидов, отвозит в больницу сомалийского беженца:

— Сотрудников у нас не так много, в основном волонтеры. И только личным примером ты можешь вдохновить тех, кто рядом.
«Никому не завидую»
Отвлекается от разговора на телефонный звонок: нужно пристроить в центр еще одного беженца. Положив трубку, делится со мной еще одной мыслью:

— Люди у нас иногда бывают жестковаты. Говорят: «Вы жалеете беженца, а у него 13-й «Айфон»!» А я говорю: «Ну и хорошо». Он, может, не пил, не курил, на него заработал, а потом бежал от войны. Надо милосерднее относиться ко всем. Я в жизни никогда никому не завидовала. И благодарю Бога за то, что имею, мне большего не надо.

По Пролетарской доходим до небольшого одноэтажного здания. Это построенный еще в XIX веке домик дворника Ирины Паскевич, одной из владелец Гомеля, меценатки, стоящей у истоков создания Красного Креста в регионе. Именно здесь сейчас и располагается областная организация. Алла Смоляк на правах нынешней хозяйки делится легендами и преданиями:

— Говорят, отсюда начинается подземный ход, можно дойти до самого дворца Румянцевых и Паскевичей, но мы его, правда, не нашли. А еще у нас обитает приведение. Его не видели, но девочки слышат, что кто-то ходит, двери закрывает…

Алла Викторовна все время что-то делает. Она убеждена, что добра и заботы в мире много не бывает:

— Меня больше всего в своей работе впечатляют брошенные старики. Я не осуждаю тех детей, которые отвезли своих родителей в больницы сестринского ухода или отправили в интернат, — детям надо работать. Но я осуждаю тех, которые не навещают родителей. А они плачут… Ужасно, что мы иногда черствые, а ведь не так трудно купить продукты лежачей соседке или просто спросить о самочувствии. Даже от этого мир может стать лучше.
На своих двоих
Алла Смоляк говорит, что мотоцикл — это ее судьба:

— Всю жизнь с техникой связана, занималась картингом в школе, на соревнованиях побеждала даже. А потом отец учил меня мопедом управлять и тяжелым мотоциклом с коляской.

Новый виток любви к двухколесному транспорту начался с новым браком. С нынешним супругом Алла Викторовна познакомилась в Одессе, куда на отдых ездила с мамой:

— Такой нам попался отель, где остановились участники байк-фестиваля. Мы пошли на них поглазеть, Сережа подошел познакомиться и через 15 минут сделал мне предложение. Вот и переманила его из России в Гомель. Вместе мы объездили на мотоциклах Россию, Беларусь, несколько стран Европы.
Целевики и средства
Зона ответственности Аллы Викторовны как члена Совета Республики Национального собрания — Хойники, Лоев и Брагин:

— Хочется, чтобы на этих территориях развивалось производство, чтобы оттуда не уезжала молодежь. Моя задача — выслушать, помочь, донести идеи и взгляды до власти. Вот сейчас, к примеру, я обратилась к министру образования с инициативой. Нужно сделать так, чтобы врачи-целевики честно отрабатывали свои годы в учреждениях, выдавших им направление. Сейчас они приезжают, получают за коронавирус немаленькие деньги, за полгода собирают нужную сумму для возмещения затрат на обучение и получают свободный диплом. А люди потом жалуются: врачей не хватает.

1 комментарий(-я, -ев) “Алла Смоляк, сенатор, байкер и просто неравнодушный человек, — об уникальной природе Гомеля и привидениях

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.