Первое сентября 2026 года стало датой, когда искусственный интеллект официально переступил порог белорусского класса. В программу по информатике для 6–9 классов включено изучение основ ИИ: школьники учатся составлять запросы к нейросетям, проверять достоверность полученных данных и использовать алгоритмы для обработки информации.
Звучит как достижение. Но готовы ли мы к тому, что цифровой помощник может стать источником убедительной лжи?
Когда ИИ лжёт красиво
Главная опасность нейросетей — не в ошибках как таковых, а в их убедительности. В 2023 году американский адвокат использовал ChatGPT при подготовке иска к авиакомпании. Нейросеть подсказала ему сослаться на судебные дела, которые сам юрист не смог найти обычным поиском. Оказалось, что часть этих процессов была полностью вымышленной, а некоторые упомянутые авиакомпании никогда не существовали.
Весной 2026 года похожая история повторилась с Google AI Overviews — блоком готовых ответов ИИ над поисковой выдачей. Точность составила около 91%, но с учётом того, что поисковик обрабатывает более пяти триллионов запросов в год, это означает миллионы неверных ответов ежечасно.
Особенно тревожна тема детской безопасности. Летом 2025 года исследователи, представлявшиеся тринадцатилетними подростками, обращались к чат-боту за помощью — и получали инструкции, связанные с самоповреждением и злоупотреблением психоактивными веществами, а обойти защитные механизмы удавалось простой фразой «это для школьной презентации».
Даже создатели признают риски
Показательно, что тревогу выражают не только сторонние исследователи, но и сами создатели технологии. В конце июля 2026 года Илон Маск дал интервью главному редактору The Economist Зэнни Минтон Беддоуз, в котором заявил: искусственный интеллект превзойдёт сумму человеческого интеллекта примерно через пять лет.
На прямой вопрос о риске катастрофы предприниматель ответил без обхода темы: «Я до сих пор считаю, что есть риски, связанные с ИИ и роботами. Вероятность не равна нулю». При этом Маск признал, что человечество, вероятнее всего, не сможет остановить этот процесс, даже если захочет: «Думаю, я пришел к собственному философскому выводу: нужно смотреть на вещи с оптимизмом. Мы не сможем остановить невероятный прогресс в ИИ и робототехнике».
Но самым тревожным прозвучало признание о самой возможности контроля: «Иногда я задумываюсь, даже если бы существовала кнопка «Стоп», нам, вероятно, не стоит ее нажимать». Получается парадоксальная ситуация: даже если у человечества появится способ остановить искусственный интеллект, воспользоваться им может быть уже поздно — или бессмысленно.
График, уходящий в бесконечность
Чтобы понять, почему мы оказались на этом рубеже, стоит взглянуть на историю шире. В 2001 году футуролог Рэймонд Курцвейл показал: интервалы между технологическими прорывами сокращаются по экспоненте. От каменных орудий до земледелия — тысячи лет. От печатного станка до паровой машины — века. От компьютера до интернета — десятилетия. От интернета до ИИ — считанные годы.
Примечательно, что появление ИИ Курцвейл предсказал ещё в 1999 году — за четверть века до события. Стэнворд тогда собрал конференцию из тысячи человек, чтобы обсудить реалистичность прогноза. Скептики были единодушны: это произойдёт, но не через 30 лет — понадобится не менее ста. Как выяснилось, правым оказался Курцвейл. По подсчётам исследователей, 86% его предсказаний сбылись.
Курцвейл предсказал: около 2045 года наступит технологическая сингулярность — момент, когда прогресс станет настолько быстрым, что окажется непредсказуемым для человеческого разума. На графике это выглядит как кривая, уходящая вертикально вверх — подобно горизонту событий чёрной дыры, за которым привычные законы перестают работать. Показательно, что сам Маск в разговоре с журналом невольно подтвердил эту логику, отметив: сейчас 2026 год, и остаётся лишь посмотреть, где мир окажется к 2036-му.
Не запрет, а критическое мышление
Полный запрет ИИ в школах эксперты называют самой частой ошибкой родителей. Если дети не научатся правильно пользоваться нейросетями, им будет сложнее стать успешными в мире, где алгоритмы уже управляют медициной, финансами и коммуникациями. Вопрос не в том, допускать ли ИИ в класс, а в том, как научить школьников не слепо доверять алгоритму, а критически оценивать каждый его ответ.
Если даже создатели искусственного интеллекта открыто признают, что «кнопку стоп» может быть уже поздно нажимать, тем важнее становится задача школы — не бояться технологии, а научить детей относиться к ней со здоровым скепсисом. График сингулярности уходит в бесконечность. Но куда двигаться внутри этой кривой — к знаниям или к утрате критического мышления — остаётся выбором человека, а не алгоритма.
Роман Недбайло, «ЛК».
Фото из открытых интернет-источников, носит иллюстративный характер
