Сельский досуг
Мир увлечений… Как много значит он в жизни человека? И насколько способен влиять на наш внутренний мир, поступки, отношение к людям? Ответы на эти вопросы у каждого найдутся свои. А вот Раиса Андреевна Пищик об этом даже не задумывается — она просто живёт своим увлечением, каждую свободную минутку посвящая вышивке, вязанию, отдаваясь этому занятию всей душой.
— Ой, я еще замужем не была, когда начала вышивать, — заулыбалась женщина, когда я, увидев множество работ, украшающих едва ли не каждый уголок ее уютного и гостеприимного дома, поинтересовалась тем, сколько времени ушло у нее на создание всех этих творений и как давно она вообще занимается рукоделием. — Да и работы эти — это лишь крошечная часть того, что вышила и связала, а сколько их было раздарено родным, друзьям, знакомым, передано на выставку в сельский центр культуры и досуга — и не счесть.
Как призналась сама Раиса Андреевна, самые первые ее вышивки были выполнены гладью, а потом она однажды и навсегда увлеклась вышиванием крестиком — сначала простым, потом болгарским (похожим на крошечную звездочку), а вязать и вовсе в больнице научилась — не было бы счастья, да несчастье помогло, как в народе говорят. Попала она как-то туда с воспалением лёгких. Уже и имени той женщины не припомнит, которая всех в палате «заразила» своей страстью к вязанию, да только с той поры освоила и технику плетения крючком, и вязание спицами. Каких только обновок не создала собственноручно своим детям с тех пор! И носочки, и варежки, и шапочки, и даже костюмчики.
— Дай Бог всё уметь, да не всё делать, — улыбается женщина.
Хотя сама этому правилу никогда не следовала: всё, что могла, умела — делала своими руками. Вязала, одевала детей, делала подарки родственникам. Позже что-то распускалось, перевязывалось или использовалось для вышивки. И этих работ в доме множество: картины, иконы, набожники, а сколько расписанных яркими узорами скатертей, наволочек, простыней, пёстрых, расшитых затейливым орнаментом и сказочными цветами подушечек… Едва закончив одну свою работу, женщина тут же принимается за другую. Благо времени у нее, пенсионерки, теперь более чем достаточно. Хотя и в прежние времена, когда одной приходилось ухаживать за поголовьем в 180 и даже 350 маленьких телят, увлечения своего не бросала. Равно как и сейчас — мысли о родной ферме, людях.
— Нет-нет, да и потянет на воспоминания, душа сама на ферму просится, — вздыхает женщина, — не подводило бы так здоровье, хоть сегодня телят смотреть пошла бы, пусть не 180, так хоть 40 маленьких взяла, да только…
…Нет уже прежних сил, быстроты, ловкости, не позволяет пошатнувшееся здоровье. Только и осталось, что вспоминать. А воспоминания всегда самые светлые.
— Знаете, неплохо нам когда-то работалось, — улыбается пенсионерка. — Мы с мужем в Малиновку из Речицкого района переехали. В деревне, в которой жили до этого, даже школы не было, ближайшая — за семь километров, а у нас на тот момент уже трое деток подрастало, нужно было о них думать, вот и перебрались сюда, получили жильё, обзавелись хозяйством. Раиса Андреевна сразу же пошла работать на ферму, набрала группу телят, благо, дело это ей еще с седьмого класса было знакомо. О них, кстати, самых маленьких, и заботилась долгие 25 лет. Неоднократно становилась победительницей трудовых соревнований на самых разных уровнях. — Среднесуточные привесы моих телят до килограмма доходили, ниже 560 г никогда не опускались, — вспоминает Р. Пищик. — Правда, и условия выгодно отличались от тех, в которых наши животноводы сейчас работают. Помню, сараи у нас добротные построили, кочегарка была, молокопровод, приспособленный для раздачи тепленького пойла, специальные держатели для вёдер, с которых выпаивались телята. И корма были хорошие — и результаты, и заработки. Сегодня я и пенсию хорошую получаю, да и в те времена руководство всегда о нас помнило: сколько поощрений получила, куда только ни ездила — и в Румынию, и в Болгарию — мир посмотрела. Хорошо было.
О руководителях, которых на памяти Р. Пищик переменилось немало, она также вспоминает очень тепло:
— Для меня все они были хорошие, все люди вокруг. Я к ним с душой. Может, потому они и ко мне тоже всегда только хорошо относились.
Оно и неудивительно. 38 лет как живёт Раиса Андреевна в Малиновке. Родными и близкими стали для нее и эти места, и здешние люди. Неподалёку живёт сын, дочки — в Гомеле и в Витебске, все помнят и любят ее как добрую заботливую мать, щедрую бабушку семерых внуков.
— А скоро у меня еще и правнучек родится, точно знаю, будет мальчик, — делится радостью женщина. И как иначе — ведь они, ее самые близкие и родные люди, и есть самое дорогое в ее жизни. Многие переняли и ее любовь к рукоделию, творчеству, которым скрашивает свои дни эта чуткая и добродушная женщина.
— Мне даже телевизор смотреть некогда, — пожимает она плечами. — Включу приёмник, печку затоплю и «ковыряюсь» потихоньку. Пока светлее — вышиваю, а по вечерам носки вяжу. Так и проходит день за днём.
…В заботах, за любимым делом, которое приносит ей и душевную радость, и удовлетворение самой жизнью.
НА СНИМКЕ: жительница деревни Малиновка Р. Пищик.
Текст и фото Ольги КОЛЕДЕНКО, «ЛК».
